тогда Рену не так будет обидно. А то видишь, как он страдает. Бедный, слишком уж любит тебя. Меня тошнит от этого чувства.
Хлоя достала из своего кармана нож, который принесла чисто для развлечения. Просто сворачивать шеи ей скучно.
— Знаешь, я думала тебя убить, когда ты будешь спать. Но вспомнила, как скучно умер Мартин… поэтому я решила разнообразить свои действия, — говорит девушка, а потом отпускает Чарли на пол, переставая душить, но держа её силой телекинеза, как и Рена.
Она подошла к парню и взяла за руку. Тот не мог даже шевельнуться. Хлоя заставила Рена крепко взять нож в правую руку и выставить вперёд. Сила телекинеза по истине пугала и доказывала, что именно она самая опасная.
— И, кстати, я не так ужасна. Сегодня убийцей будет Рен.
Хлоя начала приближать Чарли к парню. Рен боролся с силой, пытаясь убрать руку, но ничего не получалось. Он тоже заплакал, смотря на любовь всей своей жизни. Он не сможет пережить этого.
Чарли медленно приблизилась к Рену. Она тоже не могла двигаться и ей оставалось лишь сдаться. Хлоя стояла в стороне, наблюдая и управляя людьми. Она не чувствовала какого-то сочувствия или жалости, ей наоборот это всё нравилось. Вся эта палитра эмоций на лицах влюблённых забавляла её, и она готова была смотреть на это вечно.
— Рен, я люблю тебя. Позаботься об Эмме, — говорит Чарли, а после, её хрупкое тело пронзает холодный нож, оставляя глубокую рану.
Рен закричал с такой силой, что моментально охрип. Он почувствовал, как по его руке течёт горячая кровь его девушки.
— Весело, неправда ли? — спрашивает неожиданно Хлоя, а потом подходит прямо к Чарли, которая ещё дышит и смотрит прямо в глаза Рена. — Твоих последних слов я ждать не буду. Хватит слов Чарли.
Она щелкает пальцами, но вместо её коронного взрыва звучит хруст шеи Чарли. У Рена уже не было эмоций на лице. Он просто плакал и не мог проверить в то, что только что произошло.
Хлоя перестала управлять их телами, и мёртвая Чарли упала на пол, а Рен съехал по стене, держа в окровавленной руке нож.
— До встречи, мои милые. Передавайте привет Куперу, — сказала на прощание Хлоя и стала невидимой.
Рен плакал и больше ничего не делал. Потом он наконец-то отбросил в сторону нож и оказался возле Чарли. Парень обхватил руками её голову и посмотрел в открытые глаза, в которых отражалась смерть. Он снова закричал, а после начал целовать лицо девушки, которую любил.
На удивление, медсёстры сбежались только сейчас, как будто ранее они ничего не слышали. То, что они увидели, подвергло их в шок. Некоторые закричали от испуга, а другие бросились звонить полицейским.
Дэви очнулся лишь когда ему дали понюхать нашатырный спирт. Он уставился на медсестру, не понимая, что происходит. А потом огляделся вокруг.
Лучше бы он этого не делал.
Кровь, бледное тело Чарли и Рен, которого уводили полицейские. Дэви резко подскочил на ноги и помчался к парню, но его остановили другие полицейские.
— Что произошло? Зачем вы его уводите? — закричал подросток.
— Он обвиняется в убийстве Чарли Митч, вы знаете его?
Ноги Дэви в миг стали ватными, он не верил в слова копа. Гребаная Хлоя подставила его!
— Да, он мой друг. И я клянусь, что он не мог убить Чарли, он любил её больше жизни. Здесь его ребёнок, ему нельзя в тюрьму!
— Значит вы утверждаете, что это не он пырнул её ножом, а потом свернул шею? — спрашивает коп.
— Естественно нет! Вы с ума сошли?
— Думаю, вам следует проехать с нами в участок. Вы дадите показания…
— Никуда я с вами не поеду. И вообще, отпустите меня. Мне нужно позвонить.
Дэви вырвался из крепкой хватки полицейских. Он еле сдерживал свою агрессию, и если бы не отошёл в сторону, то давно уже поджёг этих ублюдков.
Его руки тряслись, как у алкоголика со стажем. Он не мог набрать номер Купера пару секунд. Настолько был в шоке.
Купер ответил сразу, не подозревая о том, какой ужас он сейчас услышит.
* * *
— Почему они нас оставили в лаборатории? Это же несправедливо! — протестовала Николь, встав со стула.
— Успокойся, я не хочу, чтобы ты в порыве эмоций меня задушила, — ответил спокойно Калеб.
— Очень смешно! Черт, я знаю Купера, он непонятно когда приедет за нами, а я уже есть хочу.
— Можем пойти куда-нибудь и перекусить, если ты не можешь терпеть.
Поведение девушки раздражало Калеба. Их всего-навсего оставили на час в лаборатории, ведь в машине не было места, а она уже устроила скандал, как будто их заперли на пару суток.
— Нет, пожалуй я подожду.
Она села на стул и скрестила руки на груди. Ей уже безумно хотелось домой, отдохнуть и просто забыть то, что недавно произошло. А её оставили сидеть с незнакомым парнем, которому она не доверяет. Хотя, она мало кому доверяет.
Поэтому у неё и нет друзей.
— Может, пока познакомимся нормально? Делать всё равно нечего, — предложил Калеб.
— Ладно. Меня зовут Николь Райс, мне пятнадцать и меня ненавидят одноклассники.
— Почему же?
— Я для них слишком странная и правильная. Они во всю устраивают вечеринки, напиваются, занимаются сексом, а я противник таких развлечений.
— Мне в твоём возрасте это тоже не нравилось и меня тоже унижали, — сказал Калеб, вспоминая свой подростковый возраст.
— А тебе сколько лет?
Калеб хмыкнул, почему-то этот вопрос показался ему смешным, хотя на самом деле в нём ничего не было странного.
— Мне двадцать четыре.
— А я думала, что больше.
Парень засмеялся, а Ника лишь слегка улыбнулась, внимательно рассматривая Калеба.
— Знаешь, а я был бы не против такой силы в пятнадцать лет. Ты же теперь можешь никого не бояться, и тебя не будут унижать.
— Я и так не боюсь, — ответила Николь.
— Ты хочешь показывать себя героем, который ничего не боится. Но у всех нас есть страхи. Расскажи мне о них.
— Я знаю, но не желаю делиться своими фобиями. Понимаешь, у тех идиотов кишка тонка сделать что-то серьёзное. То, что они меня побили — это мелочи, синяки заживут. Так что бояться нечего.
— Ты точно странная, Николь Райс. Чем-то ты на брата похожа, вы оба не от мира сего.
Николь наконец-то засмеялась. Она уже расслабилась, и неловкость куда-то ушла.
— Да, мы с ним очень похожи. Он научил меня быть такой.
Парень усмехнулся, вспомнив свою сестру.
— У тебя есть друзья? — спросил он.
— Нет. Я раньше дружила с одной девушкой,
